ЖДАНОВА Светлана / Крылья Феникса

Категория: Фэнтези / Серия: Невеста демона 2

ЖДАНОВА Светлана - Крылья Феникса

Рецензия

К концу книги  возникло искреннее желание, что бы ГГероиню, наконец, кто ни будь прибил. Стерва с большой буквы, даже бедного демона стало жалко.

     Кто мешает полюбить ещё двоих и создать крепкую «шведскую» семью:

    «- Я опустила голову на сложенные на столе руки. - Ведь ничего хорошего из этого не получится. Сейчас мой выбор хотя бы очевиден. Ну как я могла так умудриться? Любить двоих - это же просто абсурд. Но я люблю.»

     Вот ведь тварь, отсиделась в подвале, когда, из за неё, убивали одинокую многодетную мать, а в виде благодарности - не стала сжигать хату с малолетними сиротами, обречёнными на голодную смерть или рабство:

     «…Кровь по-прежнему заливала весь пол, а Марфа была мертва. Упав рядом с ней, я зарыдала в голос…

       …теперь Марфы, женщины, для которой душа была важнее плоти, больше не было на этом свете. И я ничем не могу отплатить ей за эту великую жертву…

       …Конечно, мне очень хотелось по обычаю подтереть следы своего пребывания и злодейств с помощью "Танца скорбного огня", но вовремя вспомнила, что у Марфы трое замечательных детей и это их отчий дом.»

     А, нефиг было выёживаться:

    «- Ну, ты доказал, что сильнее. Что дальше? - едва слышно прошептала я и отвела взгляд. Мне не хотелось смотреть в это такое родное лицо, вдруг ставшее чужим.»

Аннотация

А кто говорил о равенстве рас? Так, смотрим по списку… Эльфов достали, драконов побеспокоили, соседние государства уже вопят от шуточек одной взбалмошной особы с вороватыми замашками. А нечего всякие мощные артефакты тут без присмотра разбрасывать. И еще удивляются: куда у них башня делась? Ну так ехидная ведьма, известная как принцесса Вольская, она же Лилит, она же Таня, она же Иная, она же Владычица и так далее, — на свободе. Да разве удержишь такую? Вон даже жених не пытается, хвост дороже. Так, кто тут еще в списке остался? Дэвы? Ну, держитесь, дэвы, теперь она идет к вам!

Отрывок из книги

— Попались прям как две дурочки, — вздохнула я. — Обидно-то как!

Катинка просквозила меня далеко не ласковым взглядом.

Тяжко вздохнув, я попыталась поменять положение затекшего тела. Шипы ошейника тут же безжалостно врезались в кожу горла, расцарапав начавшую засыхать корочку крови на старых ранках.

— Да не дергайся уж, — вздохнула подружка, с жалостью и досадой наблюдая мои потуги.

— У меня скоро руки отвалятся. Ненавижу моррий. Эти гады его еще с алмазной крошкой смешали, чтоб побольней. Ну, я до них доберусь, заткну им эти камешки в такое место, что выколупливать замучаются, оркские недоноски.

Скосив на меня глаза, Катинка вздохнула. Конечно, ей не понятно мое возмущение. Да только как это объяснишь, когда запирают твои магические силы. Опустошение, слабость, одиночество? Так чувствует себя птица, вернувшаяся в разоренное гнездо. Так чувствует себя воин, вернувшийся с полей сражения в сожженный вместе с семьей дом. Так чувствует себя феникс, заточенный в теле человека.

Могу сравнить это с острым, граничащим с безумием чувством, когда после полета тебя ставят на землю. А за его спиной все так же реют воздушные крылья, уже недостижимые для тебя. И ты больше не можешь так смело смотреть в глубокие синие глаза…

— Ты на нее посмотри, — ядовито прошипела подруга-вреднюга. — Ее уж к стенке приковали, как только могли, а она все сидит и о чем-то мечтает. Может, лучше подумаешь, как нам отсюда выбраться?

Скосив на нее глаза, я усмехнулась, характер у Катинки оказался очень скверный. Наверное поэтому мы и сработались. Уже пять месяцев как птицы-неразлучники.

— Не дергайся. Все идет своим чередом.

— Каким чередом, — возмутилась девчонка.

— Помнишь, я говорила, что у меня бывают вещие сны. Не волнуйся, все под контролем.

— Вот… ведьма!

— Воровка! — привычно обменялись мы «комплиментами».

В коридоре послышались шаги, и в узкое смотровое окно кто-то глянул. Затем заскрипели засовы, и в камеру вошли трое. Катинку и меня начали отцеплять, попутно получив пару точных пинков от худощавой и на диво изворотливой воровки. Со мной в тот момент можно было делать что угодно, от боли перед глазами стояла лишь кровавая пелена.

В себя я пришла только в большом кабинете, заваленным какими-то магическими штучками. Их происхождение пробивалось даже сквозь моррий, который улавливал и задерживал любое колдовство. За столом сидел тучный мужик в пестром наряде.

Сгенерировано за 0.003572940826416 секунд