МОРРЕЛЛ Дэвид / Испытание

Категория: Триллер / Серия: -

Отрывок из книги

В 1972 году я случайно вспомнил об одной статье, которую мне довелось прочитать несколько лет назад, когда писал роман “Первая кровь”. Закончив его, я в поисках нового сюжета пересматривал свои бумаги и очень обрадовался, обнаружив, что она сохранилась. В ней шла речь о тревожном увеличении числа военизированных организаций правого толка в Соединенных Штатах конца шестидесятых годов, и особое внимание уделялось группе под названием “Минитмен”, члены которой планировали устроить диверсию в здании ООН. Заговорщиков поймали и посадили, обвинив в незаконном хранении оружия.

Мое внимание в этой публикации привлекли два момента. Во-первых, воинствующий фанатизм, с которым “Минитмены” собирались воплотить в жизнь свои расистские замыслы; во-вторых, потрясающая откровенность лидеров группы, пригласивших корреспондента присутствовать на учениях, осмотреть склады вооружений и даже посетить их в домашней обстановке.

Предположим, сказал я себе, что лидеры некой организации, подобной “Минитмен” — назовем ее условно “Защитники Республики”, — знают, что им грозит суд, и заинтересованы в формировании благосклонного общественного мнения. Они заключают с репортером сделку: дают ему возможность представить взгляд изнутри на экстремистскую организацию, но с условием — поддержать их идеи господства белой расы. Однако репортер испытывает такое потрясение перед открывшимися ему жестокостью и ненавистью, что не может пойти против своей совести и публикует не доброжелательный, а, наоборот, резко критический материал. Как бы ему отомстили безжалостные “Минитмены” за подобное предательство?

Эти мысли стали толчком к написанию моего второго романа — “Испытание”. Подобно библейскому Иову, мой герой Рубен Борн также должен был пройти через множество мыслимых и немыслимых испытаний веры в правоту своих моральных принципов. Я подумал: а не сделать ли его писателем, в чьих произведениях доминирует тема насилия, но сам он никогда не имел с этим дела; сможет ли он применить в жизни то, о чем писал в своих книгах, похожих на “Первую кровь”? Другими словами, Рубен Борн — это мой коллега, одержимый, подобно мне, идеей семьи и безопасности. Мои самые худшие страхи всегда были связаны с мыслью о безопасности собственной семьи. Как бы реагировал такой человек, как я — миролюбивый по натуре, но парадоксальным образом приверженный теме насилия д своем творчестве, — на ситуацию, в которой насилию подвергаются его близкие?

Пока я просчитывал варианты, мне пришло в голову, что решение этого вопроса, испокон веков встающего перед человеком, требует соответствующей аранжировки — сюжета, который как бы отбросил Борна в прошлое, — из его комфортабельного современного пригородного дома в суровую атмосферу девятнадцатого века времен американских первопроходцев или гораздо дальше — лет этак на тридцать тысяч назад, в снежную пещеру первобытного человека, только что ставшего homo sapiens. Находясь под неослабным впечатлением от идей моего любимого психолога Карла Юнга, мне хотелось создать архитипичные персонажи.В 1972 году я случайно вспомнил об одной статье, которую мне довелось прочитать несколько лет назад, когда писал роман “Первая кровь”. Закончив его, я в поисках нового сюжета пересматривал свои бумаги и очень обрадовался, обнаружив, что она сохранилась. В ней шла речь о тревожном увеличении числа военизированных организаций правого толка в Соединенных Штатах конца шестидесятых годов, и особое внимание уделялось группе под названием “Минитмен”, члены которой планировали устроить диверсию в здании ООН. Заговорщиков поймали и посадили, обвинив в незаконном хранении оружия.

Мое внимание в этой публикации привлекли два момента. Во-первых, воинствующий фанатизм, с которым “Минитмены” собирались воплотить в жизнь свои расистские замыслы; во-вторых, потрясающая откровенность лидеров группы, пригласивших корреспондента присутствовать на учениях, осмотреть склады вооружений и даже посетить их в домашней обстановке.

Предположим, сказал я себе, что лидеры некой организации, подобной “Минитмен” — назовем ее условно “Защитники Республики”, — знают, что им грозит суд, и заинтересованы в формировании благосклонного общественного мнения. Они заключают с репортером сделку: дают ему возможность представить взгляд изнутри на экстремистскую организацию, но с условием — поддержать их идеи господства белой расы. Однако репортер испытывает такое потрясение перед открывшимися ему жестокостью и ненавистью, что не может пойти против своей совести и публикует не доброжелательный, а, наоборот, резко критический материал. Как бы ему отомстили безжалостные “Минитмены” за подобное предательство?

Эти мысли стали толчком к написанию моего втор

Сгенерировано за 0.018458127975464 секунд